Забытые герои Украины. Донбасский мартиролог

0
69

Донбасский мартиролог погибших за украинскую державность насчитывает не менее 200 человек. Но эта тема к популярным не относится: согласно самой распространенной версии, одобренной конкретными вышиватными чиновниками, выходцы из Донбасса не защищали Донецк и Луганск и не воюют за Украину. Они бросались под украинские танки и звали Путина, поэтому заслуживают лишения пенсий, пособий, лишения прав (например — избирательного)…

Никто не помнит, что в путинских казематах томятся 28 пленников из Украины — на государственном уровне внимание уделяют только Надежде Савченко и Олегу Сенцову. Причем, последний уже отправился в концлагерь, и все это проглотили… Вот такое же – то ли недоразумение, то ли замалчивание, плюс искажение реальности – имеет место по отношению к погибшим за украинскую независимость патриотам из Донбасса.

За 2 года, которые продолжается война, были убиты более 200 украинских добровольцев-«атошников» с донецко-луганской пропиской, десятки местных жителей были замучены в пыточных «Л-ДНР» из-за своих проукраинских взглядов, но стране известно только о двоих – майдановце из «Свободы» Диме Чернявском и депутате из Горловки Владимире Рыбаке. Убивали российские оккупанты и террористы жителей Донбасса за украинский флаг, за малейшее движение по защите Державы, но чиновники высшего ранга позволяют себе обличительную риторику в адрес всех представителей Донбасса.

Несколько групп волонтеров, не сговариваясь, решили исправить эту несправедливость. Они взяли на себя заботу о составлении мартиролога своих земляков — патриотов Украины. На сегодня есть несколько «книг памяти», в каждой из которых список погибших не полон. Отдельный вопрос – люди, которые числятся пропавшими без вести более года, и чьи останки – скорее всего никогда не найдут.

На сайте http://memorybook.org.ua есть данные 48 погибших луганчан, а жителей Донецкой области собрано 78. В основном, это добровольцы ВСУ и добровольческих «Айдара», «Донбасса», «Азова», «Артемовска»… С книгой памяти патриотов из Луганщины можно ознакомиться здесь:

http://memorybook.org.ua/regions/luganska.htm

Имена погибших защитников Украины из Донетчины – здесь:
http://memorybook.org.ua/regions/donecka.htm

В списке героев, который собрал луганчанин Геннадий Щербак (общественная организация «Мирный берег») – есть базы погибших и без вести пропавших. Он установил данные 51-го своего земляка – из отряда «Тимур» Темура Юлдашева, ВСУ, «Айдара», батальона «Луганск», и других подразделений. И собрал сведения о 39 жителях Донецкой области, которые добровольно пошли воевать. И снова — оба списка не полные.

В этих траурных списках нет Елены Кулиш и Владимира Алехина из п. Переможное (Луганской области). Семья почти год разыскивала их, надеясь, что Елена и Владимир в плену «ЛНР». Однако, прошлым детом были обнаружены останки… Теперь известно, что супругов расстреляли вскоре после похищения в августе 2014 года. Из их дома боевики вынесли все ценности и убили собак, которых подобрали супруги. «Вина» Елены и Владимира состояла в том, что они делились продуктами с голодающими украинскими военными, которые были забыты командованием в Луганском аэропорту.

Вот видео с дочерью Елены Кулиш – девочка пикетировала АП, требуя активизировать поиски:
https://www.youtube.com/watch?v=eGXnMc5D_dk

Нет в этих списках мецената и депутата из Новоазовского района Донецкой области Василия Коваленко, который уже 1,5 года числится пропавшим. “24 августа в Новоазовск вошла регулярная российская армия, я и вся семья выехала, а отец отказался. Его арестовали, пытали. Бросили в багажник, вывезли в лес и под прицелом автомата заставили рыть могилу. Унижали. Хотели, чтобы он упал на колени. Издевались до вечера. Чудом отпустили. Он опух от ударов, нельзя было смотреть. Но остался в с. Безыменное, где у него дом и пансионат. Позже к отцу залезли в дом и похитили всю технику. Он обратился в “полицию ДНР”. Через несколько дней ему сказали, что надо опознать (вещи) — поехать в Саханку, это около 20 км. За ним приехал джип без номеров с бойцами “ДНР”. Он сел за руль своей “десятки” и уехал. В летней легкой рубашке, даже не взял мобильный телефон. С того времени мы ничего не знаем о нем”, — рассказала дочь об обстоятельствах исчезновения Василия Коваленко.

Василий Васильевич всегда отличался проукраинскими взглядами – он собирал воспоминания стариков о Голодоморе, помогал освобождению моряка, захваченного ФСБшниками в Азовском море незадолго до войны, много добра сделал родному поселку. Но его не пощадили. К этому преступлению причастна «полиция «ДНР» из числа ее местных «сотрудников» — уже на следующий день машина пропавшего бизнесмена перешла в распоряжение «полицейских» из недореспублики.
Ни в одной из существующих сегодня «Книг памяти» нет имени Валерия Сало, члена «Просвіти», котрого 7 мая остановили посреди села местные отморозки (и по совместительству сторонники «ДНР»), у которых давно был зуб на проукраинского активиста, избили до бессознательного состояния и бросили в багажник. А 8 мая его сожженную машину вместе с телом нашли в Грековском лесу на Луганщине.

Никто, кроме близких, не знает о десятках похищенных и замученных террористом Безлером.

Один из них – донетчанин Евгений Чижиков. «Он родился 8 августа 1988году, был похищен в Донецке, в ночь с 17 на 18 мая 2014 года. Вышел вечером за сигаретами в киоск возле дома, там его и схватили, при нём были водительские права — это недалеко от Буденовской площади, где он жил. Во время Майдана он ездил в Киев, вступил в «Правый сектор». Уже в мае ездил в Днепр и вроде записался в батальон «Днепр», а потом приехал домой собрать вещи, и кто-то сдал его… Террористы требовали выкуп, потом замолчали. Родные писали заявления и в милицию, и в СБУ, и в «Красный крест», но без толку», — рассказал «ОРД» один из близких пропавшего.

Почти никто не знает, что в Донецке после кровавого митинга 13 марта 2014 г. был убит не один Дмитрий Чернявский, а еще двое неизвестных, чьи родители, боясь расправы, не стали это афишировать. Еще двое ультрас, имена которых так же неизвестны, были убиты после патриотического шествия по Донецку 28 апреля. А в Харцзске пропал без вести после проукраинского митинга 9 мая футбольный болельщик Игорь Прудников.

В Славянске на Троицу (в 2014 году) члены «Русской православной армии» убили четырех протестантов: двух сыновей пастора Альберта и Рувима Павенко, дьяконов — Владимира Величко и Виктора Брадарского. Боевики в балаклавах приехали на службу, велели 4 верующим сесть в свои машины, рядом посадили автоматчиков. Пленников без всякой причины долго пытали, потом сожгли в одной из машин, и похоронили в братской могиле.

Самые тяжелые – истории безымянных солдат, тех, кто отдал жизни, так и оставшись даже в памяти товарищей под позывными. Большинство — не записаны ни в какие книги памяти. У них нет фамилий, нет фото, часто – нет могилы. Часто – это те, кто был убит в плену.

Вот только две трагедии – всего лишь капля из моря людских страданий – но трагические судьбы этих двоих и их семей не дают покоя.

Боец добровольческого батальона Л. пропал без вести в Иловайске. До войны мужчина работал в одном из донецких театров, но имел медицинское образование. Боевики решили использовать эти его знания. Попавшие в плен вместе с Л. товарищи упрекали этого бойца в том, что он оказывал медицинскую помощь «ополченцам», хотя врачебный долг велит не разделять раненых на своих и чужих. Имя этого бойца отсутствует во всех реестрах, так как официально в батальоне сделали вывод, что он перешел на сторону противника. Хотя вряд ли в таком случае боец не подал бы о себе никакой весточки родным за полтора года . У него остались жена, ребенок, тяжело больные старики родители….

Мариупольчанин К. ходил в дальние плавания, объехал полмира, но весной 2014 года бросил работу. Пошел воевать, и… скончался от пыток в застенках у террориста Безлера (по кличке Бес). От того, что он пережил, стынет в жилах кровь. Отец бойца разыскал свидетелей страшных изуверств: вместе с его сыном они находились в плену, но смогли выжить. Очевидцы на диктофон дали показания отцу бойца – о том, что К. сверлили ноги, снимали скальп… Нашел отец и свидетеля, которому было поручено вынести труп и вымыть кровь в пыточной, где Бес вел «допрос».

Найти место захоронения отцу так и не удалось. И снова самым трагичным является отношение к судьбе бойца его командира, который обвинил К. в том, что перед смертью тот, не выдержав изуверств, рассказал врагу подробности одной операции. Командир не посчитал нужным выразить соболезнование семье и в одном из теле-эфиров заявил, что плененным воинам категорически нельзя давать понять, что их судьба кого-то заботит.
Родители, жены, дети, внуки бойцов из Донецкой и Луганской областей, как правило — не считаются членами семьи героя. Многие сами предпочитают помалкивать, так как остаются на оккупированной территории — боятся, чтобы соседи не донесли в «МГБ»… В «Л-ДНР» они остались проживать не от хорошей жизни, а в силу нужды и безвыходности, потеряли иногда единственных сыновей, и постоянно рискуют жизнями в «республиках»…

Например, Рябой из батальона «Донбасс» — в книге памяти есть фото в балаклаве — семья просит всю иную информацию о нем хранить втайне. Или донетчанин с позывным «Хищник» — погиб под Иловайском, так и оставшись «Хищником». Даже в батальоне не знают его имя, говорят — был сознательным неофициалом: не стремился оформиться, не думал о социальных гарантиях на случай смерти. Кстати, неоформленных бойцов, не вышедших из Иловайска, было порядка сотни…
Семьи, из которых кормильцы ушли на фронт добровольцами и остались числиться пропавшими, вообще не получают помощи от государства – ни льгот, ни почета, ни уважения прав. Да и тем, чьи останки идентифицированы, годами придется доказывать в суде, что их близкий не был зарезан по пьяной лавочке, а погиб, защищая Родину. Судьба едва ли не большинства – остаться навеки в статусе самом благородном – безымянного солдата…

Ужасно и то, что в некоторых случаях гибель бойцов была на совести командиров, которые делали политическую карьеру, страдали алчностью и жуковщиной. Так, например, один из нынешних народных депутатов 11 августа 2014 года отправил бойцов выполнять задание, не связанное с боевым — охранять захваченное этим жадным человеком поле с урожаем. По бойцам открыли огонь сепаратисты, и один просто истек кровью – бывший донецкий бизнесмен, активист Майдана, умница, после которого остались жена и двое маленьких детей.

По оценкам ООН, за время войны в Донбассе погибли 9 тысяч человек, кто из них – украинцы, а кто – сторонники боевиков «Л-ДНР», кто мирные люди, а кто убит за убеждения – ООН не разделяет. И даже имена не интересуют иностранных авторов этой статистики: в их списках указана просто дата и место — “погибла женщина”, “погиб мужчина”… Какова из этих 9 тысяч доля российских оккупантов – тоже никто не знает… Хотя, у них, между прочим есть свой сайт: http://gruz200.net/

Есть еще и такой проект британского фотографа:
https://www.facebook.com/hashtag/welcometodonetsk?fref=ts&__mref=message_bubble

В данном случае волонтерам удалось собрать по крупицам, из информации в соцсетях, сведения о почти 2 тысячах погибших (из девяти тысяч!), из которых — украинских военных — 940, «Дээнеровцев» и «Лнровцев» — 481, гражданских – 475 (и в этой цифре нет разделения на тех, кто погиб в результате обстрела и кто убит террористами за убеждения). Кстати, безоружных жертв специально вообще никто не считает – не только террористы, но и, как ни странно — Украина…
Украинских солдат в этом списке больше, чем «Л-ДНРовцев» только потому, что есть волонтеры, которые все-таки понемногу систематизируют данные о наших бойцах. Тогда как у террористов принято держать подобные сведения в тайне. И вот считайте – из 940 примерно 200 представители Донецкой и Луганской областей, и это только те, чьи имена установлены… До конца войны еще далеко, а сложившие головы за украинскую Державу уже преданы забвению… Что же ждать дальше?

Татьяна Заровная, «ОРД»

2016-03-14 09:36 1285

Ваш комментарий

Please enter your name here
Please enter your comment!