Списки украинских пленных: руководство СБУ в разладе с совестью

0
69

Момент истины: почему в официальном списке пленных украинцев более 40 погибших.

Это давно должен был кто-нибудь сделать. Наконец свершилось: Надежда Савченко опубликовала списки лиц, которых признают живыми и находящимися в неволе, а также списки с «желательными пленными», которые предоставляют украинская сторона и представители так называемых ЛНР и ДНР. Последняя категория — это, скорее всего (с уверенностью на 90%), погибшие. И их тела даже есть в наличии, но они не идентифицированы.

Теперь, наконец, можно публично рассказать о том, о чем раньше говорить было невозможно. Об идентификации погибших, часть которых считается пленными.

Сейчас можно проанализировать только список наших пленников, поскольку самопровозглашенные «ДНР» и «ЛНР», насколько мне известно, в свое время отказались предоставлять информацию о не идентифицированных телах, которые находятся на «той» территории.

Официальный список лиц (пленных), которых требует выдать украинская сторона у представителей сепаратистов на Минских переговорах, состоит из 119 фамилий (однако по нумерации — 121 позиция, потому что два номера пропущены). Почему-то в этом списке фигурирует «киборг» Тарас Колодий, которого накануне праздников освободили из плена. Самопровозглашенные республики из этого списка подтверждают наличие только 38 человек (и добавляют еще 4-х украинских заложников, которых нет в наших списках). Беглый взгляд на список из 119 человек, составленный в СБУ, приводит к следующим выводам:

  1. В списке есть несколько существенных грамматических ошибок в фамилиях. Трудно поверить, чтобы такой документ украинские чиновники могли кому-то или где-то показывать: неужели никто из них внимательно его не читал? К примеру, в перечне фигурируют пункты «Виктор Анатольевич Кумановский, 19.02.1975 г. р. (№ 58)» и «Виктор Анатольевич Нумановский, 12.02.1975 г. р. (№ 77)». Понятно, что это одно и то же лицо, но первая буква в фамилии второго варианта написана неправильно. Речь идет о солдате-пограничнике Викторе Анатольевиче Кумановском, который ушел из жизни 7 августа 2014 года. На месте его гибели 23 ноября 2014-го работала группа исследователей Миссии «Эвакуация-200» («Черный тюльпан»). Тогда там было найдено семь тел пограничников. Одним из них и оказался Виктор, которого перезахоронили на родине еще в августе 2015 года. Информация об этом есть на официальном сайте Государственной пограничной службы Украины.
  2. Кроме Кумановского (Нумановского) в списке фигурируют фамилии еще 8-ми военнослужащих, которые официально признаны погибшими правоохранительными органами (Нацполицией), а также членами семей. Некоторые из них перезахоронены на родине, других родственники оставили на кладбищах временно не идентифицированных воинов, но там уже установлены памятники. Это Александр Билоус (№4), Алексей Ващук (№11), Сергей Грибков — в списке его ошибочно записали как «Гребков» (№19), Вадим Демчук (№26), Роман Диллер (№27), Леонид Крепец (№56), Виктор Кумецкий (№59), Юрий Пилипчук (№82).
  3. Не менее 22-х военных, которые украинская сторона пытается вернуть из плена, уже давно идентифицированы по ДНК среди погибших, захороненных в Старобельске, Запорожье и Днепропетровске как временно установленные защитники Украины. Большинство тел указанных бойцов было найдено и вывезено моими коллегами-поисковиками, а потому информация о них собрана максимально полная. Однако оперативно-розыскные (и уголовные) дела по солдатам не закрыты. Часть этих дел Нацполиция уже закрывала на основании неоспоримых совпадений ДНК и обстоятельств нахождения тел поисковиками. Затем семьи обращались в СБУ, там им показывали справки о том, что лица, которые Нацполицией считаются погибшими, находятся в списке пленных. На основании этих справок семьи погибших обращались в суд или прокуратуру, и там отменяли решения следователей из Нацполиции. Конечно, возникает вопрос: а откуда в СБУ данные о том, что эти лица находятся в плену? Обычно из утверждений тех же членов семей, которые «узнавали» своих близких на видео в Youtube, выложенных сепаратистами. Правда, в большинстве случаев «опознанные» — это совсем другие люди, причем установить это обстоятельство для следственных органов было несложно. Но они этим не занимаются. Открытие / закрытие дел по идентифицированным по ДНК погибшим, чьи семьи не хотят признавать их смерти, превратилось в «футбол» между Нацполицией и СБУ.
  4. Как минимум 11 военнослужащих, чьи фамилии есть в списке, также погибли, даже есть их тела. Однако или совпадения по ДНК отсутствуют (анализы следует переделывать), или семьи не сдавали образцов ДНК, или еще печальнее: нет следователей по делам. Приведем два таких примера.

В списке «желательных пленных» украинской стороной под № 104 записан 19-летний солдат 80-й отдельной аэромобильной бригады Сергей Тимощук. Еще 31 августа 2014 года, во время боев за Луганский аэропорт, в Министерстве обороны Украины этот юноша был признан погибшим на основании показаний его командира и свидетелей. Однако его тело не удалось вывезти из горячей точки. В начале сентября из Лутугино (город близ Луганского аэропорта, сейчас находится на оккупированной территории — Ред.) по всем возможным телефонам начала звонить отчаянная девушка — медсестра местного морга. Она буквально умоляла забрать тела пятерых десантников из 80-й бригады, которые там находились. Их надо было немедленно хоронить, ибо холодильники в этом медицинском учреждении не работали. Только в середине октября путем невероятных усилий и ухищрений удалось перевезти этих пятерых покойников в Днепропетровск. До этого времени каким-то чудом работники морга на неподконтрольной Украине территории хранили эти тела и от природного разложения, и от врага. Четырех бойцов идентифицировали по ДНК и давно захоронили. По пятому совпадений пока нет. Но это однозначно юноша из «восьмидесятки»: лицо распознать невозможно, но форма со знаками — десантника. Образец ДНК сдавала мать Сергея Тимощука, однако совпадений не было, поэтому она лелеет надежду, что сын жив и находится в плену. Долгое время мама и сестры Сергея отказывались повторно сдавать ДНК. Когда же их наконец удалось убедить, а также договориться со специалистами о проведении очень сложной метахондриальной экспертизы, не нашлось … следователя! Постановление на повторную экспертизу ДНК для мамы и документы для сдачи анализов сестрам должен был выписать именно следователь, в производстве которого находится дело об исчезновении без вести Сергея Тимощука. Оно еще в 2014 году было заведено в управлении Нацполиции в Хмельницкой области (семья живет в Славуте), однако за последние полгода не удалось найти ни следователя, ни следов этого дела.

Несколько иная, но не менее печальная история, с солдатом 51-й отдельной механизированной бригады 25-летним Сергеем Жуком (№ 35 в списке). 29-го августа 2014 года он выходил на своей БМП из Иловайского котла. В составе экипажа, внутри боевой машины, вместе с Сергеем были Вячеслав Ионов и Игорь Кушнир, на «броне» (то есть снаружи) — еще двое товарищей. Об этом точно известно со слов одного из военнослужащих, который перед началом движения БМП позвонил семье и перечислил всех, кто ехал с ним. Эта героическая машина оторвалась от основной колонны и оказалась посреди поля, окруженная российскими подразделениями. Все члены экипажа сражались до последнего. БМП подожгли: она горела так, что даже расплавился алюминий в двигателе … Тела двух погибших ребят, которые ехали «на броне», удалось забрать сразу после тех печальных событий. Внутрь же машины долго нельзя было залезть: была раскаленная. Только 15 сентября 2014 года поисковики Миссии «Эвакуация 200» смогли исследовать БМП изнутри и выявить сожженные останки трех других воинов. Двое из них, упомянутые Вячеслав Ионов и Игорь Кушнир, уже давно идентифицированы и захоронены на родине. Мама Сергея Жука также сдавала ДНК, причем несколько раз, но совпадений нет. Очевидно, остатки третьего погибшего были настолько повреждены огнем, что произошла деструкция клеток. Следует делать эксгумацию и повторно отбирать образцы ДНК. Мама обращалась в следственные органы с ходатайством об эксгумации останков, которые захоронении на Кушугумскому кладбище в Запорожье. Ей отказали …

С пленными боевиками «ДНР» и «ЛНР» примерно такая же ситуация. Согласно спискам представителей сепаратистов и российской стороны, обнародованных Надеждой Савченко, они требуют:

-524 лица — т. н. ДНР;

-283 лица — т. н. ЛНР;

-102 лица — Российская Федерация.

В общем 909 человек, но некоторые из них повторяются в списках российской стороны и сепаратистов. Теперь обратимся к цифрам не идентифицированных погибших с той стороны:

? не менее 500 таких тел похоронены в Донецке и других городах (эта цифра неоднократно оглашалась боевиками представителям Международного Красного Креста и других гуманитарных организаций);

? не менее 70 тел сепаратистов и россиян похоронены на кладбищах временно не идентифицированных лиц на украинской территории;

? неизвестное количество неопределенных погибших похоронено на территории т. н. ЛНР.

Надежда Савченко предлагает обменять 42 украинских заложников, подтвержденных сепаратистами, на 256 человек, которые содержатся на территории Украины. Представители «ДНР» уже отказались от этого предложения. Сомнительно, чтобы процесс переговоров затормозился: после публикации этих списков семьи пленных и заложников, которые подтверждены, с обеих сторон фронта будут требовать у своего руководства довести дело до конца.

Но параллельно с этим надо немедленно сдвинуть с мертвой точки процесс идентификации погибших. Тем более, что за прошедшие 2,5 года поисковиками собрана максимально полная информация, которая даже без экспертизы ДНК позволяет сделать достаточно уверенные выводы. Хотелось бы искренне надеяться, что в Нацполиции отреагируют на нее и начнут помогать семьям, которые хотят довести дело по идентификации до завершения.

По состоянию на утро 11 января 2017 года на Facebook-странице Н. Савченко появились первые уточнения в список «желательных пленных» с украинской стороны. Двух вычеркнули как погибших; об одном вспомнили, что он давно освобожден из плена. Однако дописали еще 14 «условно пленных». Из них не менее 6 — погибшие, причем трое уже давно идентифицированы по ДНК, а еще по трем в наличии тела, но семьи категорически отказываются сдавать ДНК в надежде, что их близкие таки в плену … Если подобная тенденция сохранится, то в ближайшие дни стоит ожидать увеличения списка «желательных пленных» примерно на 50-60 имен (за счет тех, кого считают пропавшими без вести). Но это уже мы проходили: осенью 2014 «Офицерский корпус» Рубана уже выкладывал подобные списки, что нанесло больше вреда, чем принесло пользы.

Ярослав Тынчук, Тиждень.UA

«Генплан-Украина»

2017-01-13 14:20 1226

Ваш комментарий

Please enter your name here
Please enter your comment!