Сергей Чеботарь: “Если бы не Аваков — у нас сейчас была бы совсем другая карта. На которой, под властью террористов, были бы и Харьков, и Одесса”

0
55

В последнее время стало особенно модно поливать грязью тех, кто спасал Украину, когда началась война. Тех, благодаря кому ОРДЛО не расширилось до Запорожья, Харькова, Днепропетровска, Одессы. Благодаря кому появились первые добробаты и боеспособные части Нацгвардии. Поливать грязью стало не только модно, но и, судя по массовости — финансово выгодно. Кому-то нужно перенести внимание с собственных коррупционных проблем на полицию или МВД в целом. Это все понятно. И проблема не в этом. Проблема в том, что часто люди этой грязи верят. В основном потому, что представляют то время без учета обстоятельств, забыв об этих обстоятельствах. А обстоятельства были мрачные. Полная деморализация милиции, спецслужб и вооруженных сил. Полностью разворованные силовые ведомства. Разбежавшиеся командиры. Анархия на улицах и криминалитет, почувствовавший безнаказанность. Угроза полномасштабной войны с ударами по Киеву. Отсутствие денег, оружия, обмундирования и отсутствие помощи от кого-либо. Саботаж и вражеская агентура на всех уровнях. Мы уже забыли об этом. А кто-то даже и не знал. Но давайте вспомним. Чтобы не поддаваться на потоки грязи, чтобы не быть марионетками. Мы попросили рассказать о том времени и о сегодняшних вызовах Сергея Чеботаря, экс-заместителя Министра внутренних дел, соратника Арсена Авакова с первых же дней в МВД. Человека, заплатившего дорогую цену за свою принципиальность. Шельмование в прессе, платные информационные атаки со стороны нардепов, отсутствие поддержки со стороны своих же друзей. И в конце концов — отравление, которое едва не стоило ему жизни.

— Сергей Иванович, расскажите о начале Вашей службы в МВД. О том, в каком состоянии вы с Арсеном Аваковым приняли Министерство.

— Когда мы пришли в Министерство внутренних дел, его не было. Это просто были развалины в прямом и переносном смысле. Не было руководства Министерства внутренних дел, сотрудники просто разбежались. Сотрудники милиции боялись ходить по улице в форме. Потому что за это могли избить, а могли и убить. Практически сразу началась война. Вооруженные силы на первом этапе не привлекались и основной удар пришелся на МВД. Ситуация была критической. Потому что из массы работников милиции — одни дезертировали, вторые – перешли на сторону сепаратистов, третьи просто игнорировали выполнение приказов. А те, кто остались еще работать – были деморализованы. И нам пришлось начинать всё с нуля. С нуля в организации самого Министерства, в перестановке кадров. К тому же в этих условиях нужно было привлечь к ответственности тех сотрудников милиции, которые участвовали в убийствах Небесной Сотни, в избиениях майдановцев. Предварительно мы знали виновных. Но это было руководящее звено, которое успело убежать из страны. А те, кто были чуть-чуть ниже, среднее звено, нам нужно было время, чтобы изучить его. И мы начали активно этим заниматься. Было очень тяжело, потому что нам приходилось отстраивать Министерство по-новому, как требовал этого Майдан. Там не должно быть тех, кто нарушал законы и работал против народа, тех, кто злоупотреблял своей властью. И в то же время надо было ставить на должности новых людей, которых, если разобраться, негде было взять. Их нужно было вытягивать из той среды, которая была в этом Министерстве. Да, может быть, на каком-то этапе мы и делали ошибки, которые потом исправляли, но у нас не было другого выхода, у нас не было других кадров.

Кроме того, в Министерстве не было ни одежды, ни формы, ни боеприпасов, ни автоматов, не было никакой другой материально-технической базы, которая бы могла быть задействована, чтобы одеть, обуть тех милиционеров, которые работали, которые уходили на войну. Всё было развалено и разворовано. Пришлось всё это строить с нуля, а времени как такового у нас не было.

Мы постарались всё это сделать быстро. Но нельзя было повально увольнять сотрудников специальных подразделений, в том числе и «Беркут». Потому что, если бы мы начали всех их увольнять, то мы бы сделали еще бОльшую оппозицию и угрозу для себя. У нас бы вообще никого не было для того, чтобы бороться с криминалитетом.

— И плюс еще началась война…

— Не все в «Беркуте» были преступниками, были те, кто не хотел убивать, не хотели стрелять, не хотели выполнять преступные приказы. И надо было этих людей оставлять на месте, на какой-то переходной период, чтобы они хотя бы могли бороться с криминалитетом, с другими правонарушениями, которые были после Майдана в стране. И тут началась еще война на востоке. И оказалось, что у нас нет боеспособных подразделений, армии нет. А добровольческие подразделения, батальоны не готовы были. У нас только оставались бывшие спецподразделения – «Беркут», «Сокол», «Ягуар», которые могли что-то делать и противостоять. Мы оттуда выбирали тех, кто действительно не был участником каких-то противозаконных действий на Майдане. На кону был выбор: будет существовать Украина или не будет существовать. И многие из тех, кто был на Майдане, они не стреляли, не убивали, они приходили и говорили: «Мы хотим защищать Украину, мы готовы искупить свою вину кровью». Многие из «Беркута», из других спецподразделений погибли на этой войне, защищая Украину.

Они что, все должны были идти в прокуратуру, например, а не идти на восток? Для чего идти в прокуратуру, если завтра может не быть государства? Мы помним то, что творилось, мы видим по Донецку, Харькову, Луганску, по Одессе, что творилось. И эти все подразделения, которые пошли туда на восток от нас, они первые как раз остановили это нашествие сепаратистов, российских провокаторов или российские подразделения, которые начали захватывать власть в этих регионах и воевать против нас. И нам это удалось. Потому что в Харькове спецподразделения наши, например, «Ягуар» — они спасли Харьков. И если бы не личный подвиг министра и не действия «Ягуара» – у нас сейчас могла бы быть совсем другая карта страны. На которой Харьков был бы «серой зоной», как ОРДЛО.

И сегодня никто не вспоминает о роли, например, министра Авакова в этих событиях. Аваков тут дневал и ночевал, или тут или в зоне АТО, в постоянно возникающих «горячих точках». И если бы не он, то я сегодня, трезво оценивая ситуацию, могу сказать, что мы могли бы потерять наше государство. История еще даст оценку роли Авакова в тех событиях. Еще бы сутки, мы бы Харьков потеряли! Если бы не Аваков — мы бы потеряли и Одессу.

Мы все в то время практически жили в Министерстве, для того, чтобы обуть, одеть эти подразделения, вооружить и обучить их. Мы все думали, где достать хоть какой-то бронежилет для наших подразделений. Никто еще не был в такой ситуации, когда идет война, нужно Министерство отстраивать и в то же время Майдан требует реформирования Министерства.

В то время действия Министерства и добровольческих батальонов, которые были возле Министерства и при Министерстве – только это дало возможность остановить нашествие, которое шло с востока. И обезопасить, передохнуть и сформировать уже наши вооруженные силы для того, чтобы они начали действовать в этой войне. И тут роль Авакова очень значительна.

Мы сделали Министерство, которое на самом деле защитило наше государство. При этом мы очистились от балласта, от предателей, мы увольняли сотрудников десятками тысяч. И уходили из милиции десятки тысяч тех, кто перешел на сторону сепаратистов, тех кто не хотел служить, тех кто побоялся идти на восток.

Да, Аваков смотрел на ситуацию не взглядом милиционера. Но уже нельзя было смотреть по-старому, надо было что-то менять. И если бы мы не начали менять, то сегодня я не знаю, что могло бы произойти. Сегодня трагедии и скандалы происходят не из-за того, что идёт реформирование. Негатив идет от того, что мы начали реформу не десять или пятнадцать лет назад, а только сейчас. Когда появилась передышка, мы начали трансформацию Министерства, мы начали менять структуру Министерства, то есть мы начали постепенно проводить кардинальные изменения в работе Министерства. Нам негде было взять новые кадры. Нам нужно было время для того, чтобы подготовить эти кадры.

Когда мы начали создавать новую патрульно-постовую службу, мы думали, что туда будет огромный конкурс. На сегодняшний день у нас не хватает полицейских. Нет полного заполнения штатов в уголовном розыске, в отделах по борьбе с наркотиками. У нас сейчас очень жесткие требования к сотрудникам, идет постоянный отсев, работа крайне тяжелая и оплата за нее неадекватна. Поэтому у нас есть кадровый голод. Это неизбежно на нашем пути.

Еще одно. Те депутаты, которые сейчас льют грязь на Авакова, они же кричали в свое время «давайте реформировать МВД по грузинскому методу, давайте поставим сюда грузинских специалистов». Если бы Аваков не пошел по этому пути, они бы кричали, что это Аваков виноват. Но когда это начало чуть-чуть пробуксовывать, они кричат, что Аваков не делает вовремя реформы. Я лично думаю, что модель нужно было не грузинскую брать или только патрульно-постовую грузинскую модель можно было взять, а в целом в реформировании Министерства надо идти по польской модели, которая является одной из лучших в Европе. Она прошла безболезненно и нормально. Тоже были какие-то недостатки, но она все-таки была лучше грузинской модели.

Сегодня Министр внутренних дел перешел на другой уровень ответственности. Он отвечает уже не только за полицию, но и другие подразделения, Нацгвардию. погранслужбу, спасателей, миграционную службу. И не нужно сегодня кричать, если что-то случилось в полиции, то это именно Аваков виноват. Если у пограничников есть какие-то проблемы, вы же не кричите, что это министр виноват, сегодня за это должен отвечать начальник пограничной службы, также и миграционной службы, и Национальной гвардии. Но по привычке или по злому умыслу начинают переводить все стрелки на Министра. Очевидно, что идет информационная атака против Министра Авакова. Для того, чтобы не только остановить реформу министерства, но и подмять под себя правоохранительные органы.

При этом, если раньше кричали, что надо менять, надо увольнять старые кадры, то сегодня говорят – нет, надо возвращать старые кадры. Но даже то, что произошло в Княжичах, этими молодыми ребятами командовали как раз те старые кадры. Тут нельзя говорит о том, что это реформа дает какой-то сбой. Да, она идет тяжело, эта реформа, потому что нам надо брать в эту полицию то, что мы на сегодняшний день имеем. У нас нет других кадров. Не бывает реформ без ошибок. При испытании самолета бывает, что он ломается, бывает, что он падает. Но это же не значит, что надо завтра расстрелять конструктора. Ошибки неизбежны. Неизбежны болезни роста.

Да, министр дал полномочия полиции в этом направлении, потому что по закону министр не имеет право вмешиваться ни в следствие, ни в оперативные дела. Начальник полиции в праве не докладывать, кого он хочет на среднем звене поменять, какие он команды дает – это всё уже ответственность начальника полиции. При чем тут министр? Министра и не должны информировать, что проводится какая-то операция в селе или в области. Это уже не функции министра на сегодняшний день.

Но сегодня эта вся машина, которая работала по дискредитации нас, как министерства и работников министерства, она нацелена сегодня на Авакова. И я думаю, что к этому имеют отношения и российские спецслужбы. Понимая, что Аваков сильная личность, которая действительно может удерживать министерство, обеспечивать порядок в стране – им нужно убрать Авакова.

— Сергей Иванович, кампания по дискредитации Арсена Авакова и его соратников началась ведь практически сразу с момента его прихода на должность Министра МВД. И шла она как изнутри министерства, изнутри страны, так и из России. Сейчас мы наблюдаем очередное усиление этой кампании. Почему? Чего добиваются ее заказчики?

— Арсен Борисович – сильная личность, способная не только удерживать министерство, но и не позволять влиять на себя. В том числе и не позволять воровать. Это не всем нравится. Кому-то нужен слабый министр, на которого можно влиять, при котором можно воровать. Для России Аваков – один из главных врагов, это естественно. Атаки информационные идут и раньше шли с разных сторон. Их цель – ослабление государства и воровство.

Вот посмотрите, пришли мы в Министерство. За три месяца мы обеспечили наши батальоны всем. Оружием, одеждой, бронежилетами. Мы очень долго не могли получить оружие даже с армейских складов. Противодействие было бешеное. Выдавали очень медленно и очень понемногу. Нам приходилось выбирать, кому именно сегодня выдавать оружие. Выдавали тем, кто уходил в бой раньше. Тогда же началась информационная атака из России на Авакова из-за того, что он сумел создать такие подразделения, такие силы, которые остановили сепаратистов в Донецкой и Луганской областях, спасли Харьков и спасли Одессу. Естественно, этого Россия ему простить не могла. А в Украине ему не могли простить того, что он не давал воровать в МВД, как это практиковалось годами.

То, что атака именно со стороны России легко доказать. Идет, например, дискредитация Чеботаря. Говорят о том, что Чеботарь где-то там в Финляндии задержан с чемоданом денег или золота. И тут же 30-50 российских и пророссийских сайтов этот «фейк» моментально тиражируют. Как это было, например, с заявлением Каплина о Финляндии. Когда Чеботарь заявляет: «Подождите, я на месте и веду переговоры по обеспечению безопасности нашей страны», так об этом ни один пророссийский сайт не пишет… И Каплин молчит. Хотя ведь возникает закономерный вопрос, на кого он работает? Потому что создается впечатление, что Каплин и ему подобные выдают эти «фейки» именно для российских и пророссийских сайтов. И это не отдельный случай, это система.

Мы обращались в наши компетентные органы, чтобы разобрались по поводу работы и этих сайтов и этих депутатов. Вы думаете была какая-то реакция? Не было никакой реакции. Потому что и внутри Украины, в том числе и в СБУ были те люди, которые не хотели ничего менять, которые тоже хотели, чтобы не было Авакова.

На сегодняшний день мы же видим, что и 112-й канал, и Интер, и другие пророссийские СМИ с радостью тиражируют «фейки», но никогда не тиражируют опровержения своей лжи. Они же не говорят о том, что сегодня мы выиграли суды Каплина, Лещенко, у тех, кто клеветал, выполняя чьи-то задания. У нас есть даже информация о тех, кто эту деятельность финансировал. Но об этом никто не говорит! Никто не говорит о том, что, когда мы пришли сюда работать, мы начали проверку в Министерстве и оказалось, что тут нет денег даже для того, чтобы выплатить зарплату сотрудникам. Все было украдено! Мы выявили более двадцати всяких нарушений по финансовой дисциплине, было украдено более 500 миллионов гривен! И это было только начало, думаю, что скоро бы накопали и до миллиарда украденного. И что? И началась колоссальная атака на министерство, на Чеботаря, который этим непосредственно занимался, и на Авакова, который не шел ни на какие сделки с теми, кто хотел в очередной раз нажиться на МВД.

Сегодня мы передали больше двадцати дел в соответствующие наши следственные органы. Вы думаете хоть одно дело рассматривается? И только мы начинаем будоражить эти дело, как сразу же Лещенко или же тот Каплин, или «Автомайдан» начинают информационные атаки вроде истории с рюкзаками. Это для чего? Для того, чтобы отвлечь внимание и сказать – вот смотрите, это они! Но они же не говорят о том, что давайте, рассмотрите этих двадцать дел, которые надо сегодня рассмотреть, где украли до миллиарда денег.

Мы прекратили в министерстве эту систему откатов многолетнюю на всем. И начали увольнять коррупционеров и разбираться с кадрами. И началась атака на меня. Почему именно на меня? Потому что я знал всю ситуацию в МВД, еще когда работал в Кабмине Тимошенко, когда работал с Турчиновым. Мы знали, кто за что отвечает. И мы тогда видели всё. В связи с этим я знал, кто должен был быть уволен и кто должен сидеть. И мы это всё начали делать. И это понимали. Поэтому нужно было выбить Чеботаря и поставить кого-то, кого можно или обманывать или коррумпировать. И мы знаем, о чем шли разговоры, кого они хотели поставить. И как таким способом ослабить Авакова.

— Если бы не действия Авакова и министерства, то у нас бы была сейчас другая карта. То есть на этой карте не было бы Харькова, который действительно лично Аваков спасал. Возможно, не было бы Одессы, в защите которой Вы принимали активное участие. Насколько я помню, в Харькове дело дошло до захвата органов власти. И Аваков с «Ягуаром» лично освобождал администрацию от сепаратистов. А в Одессе как это происходило?

— В Одессе тоже была сделана провокация диверсионными группами и пророссийскими силами. Они это всё так делали для того, чтобы взбудоражить Одессу. А милиция в той ситуации просто разбежалась. Отдельные сотрудники еще и помогали сепаратистам. Когда мы приехали в Одессу, многие из этих сотрудников тут же убежали за границу. И тогда мы, согласовав этот вопрос с министром, в Одессе поменяли немедленно все руководство милиции. За одни сутки мы сменили почти весь руководящий состав и среднее звено. Но машина уже была запущена, экстремисты уже начинали захватывать наши городские отделы внутренних дел, экстремисты уже начали в регионах бунтовать, в районах бунтовать. Мы видели, как судьи не хотели принимать решений в защиту суверенитета Украины. Мы это всё видели и только наши экстренные меры нейтрализовали ситуацию, остановили этот процесс. И там как раз мы увидели, что полностью отсутствовала координация между СБУ, прокуратурой и милицией. И нам эту координацию наладить. Слава Богу, в этом активное участие принимали и Аваков, и Турчинов. Я с ними связывался и в два часа ночи, три часа ночи для того, чтобы исправить там ситуацию. И мы ее, слава Богу, исправили.


Сегодня раздувается тема, что Аваков виноват в том, что случилось в Княжичах. Что это результат неудачных реформ, результат того, что убрали старых милиционеров. Но в 2011 году, когда была старая власть, когда в Одессе чеченцев задерживали, и послали молодых бойцов без бронежилетов, там погибло два человека, были раненные. Это кто делал? Это не новые делали, это та старая власть, старая, «опытная» гвардия. А когда убили начальника УБОПа в Крыму, был один такой полковник, «Хмурый» его называли, которого убили, потому что он там расследование вёл про всех и всё. Было заказное убийство. Что, тогда милиция нашла его? Нет. Она нашла его только через два года, да и то, когда одна свидетельница решила все-таки сказать, кто это мог сделать. И ведь мы понимаем, что невозможно успешно реформировать милицию, не реформировав всю систему. Не реформировав прокуратуру, не изменив УПК, который явно не предназначен для нынешнего времени. Не реформировав судейский корпус. И давайте же скажем правду, что мы не можем сегодня отдать все силы реформированию системы. По вполне объективным причинам. Потому что на первом месте у нас стоит ситуация в АТО. Туда идут основные потоки денег, туда отправляют лучших. И это правильно и неизбежно. Потому что мы все еще находимся фактически в состоянии войны, и нет никаких гарантий, что эта война не вспыхнет с новой силой. А значит – мы должны укреплять именно этот участок. Увы, мы не можем сейчас предложить нашим сотрудникам зарплату, соответствующую их тяжелой работе. Не можем, потому что прежде всего деньги идут на вооружение и обеспечение наших бойцов в АТО.

И при этой ситуации, при войне, при реформировании, при беде мы сколько закупили квартир для военных. Дали семьям погибших, инвалидам. А скольких бойцов мы вылечили и отправляли за границу на лечение. И на сегодняшний день мы продолжаем покупать квартиры, мы дали часть квартир людям, которые прослужили в министерстве по 20-25 лет, они не имели квартир, они жили еще в общежитиях. И мы в такой тяжелой ситуации все-таки дали квартиры на общую очередь. И когда этот пожилой человек, которому сегодня 70 лет, а он живет еще в общежитии, и он получал эти ключи, он плакал. Потому что он не мог поверить, что ему дают квартиру. Он думал, что ему уже не дадут никогда в жизни квартиру.

Мы занимаемся и семьями погибших, поддерживаем их, детей берем в наши колледжи, стараемся учить бесплатно.

— Парадокс в том, что те, кто торпедирует постоянно МВД – это часть депутатов, которые вроде тоже работать должны на Украину, должны помогать, но вместо этого распространяют заведомую ложь и делают это систематически. То есть ощущение, что это или проплаченная акция, или же это просто делалось ради пиара.

— Я думаю, что это не столько для пиара, а это проплаченная акция. Они работают так, как работали против меня, это проплаченные акции. «112» канал, «Интер», именно они распространяют клевету о министре. А недавно был суд против Лещенко с «Deutsche Welle», за то, что он дал интервью, в котором оклеветал министра. Это было в понедельник 5 декабря. На суд снова приехали канал «112» и «Интер». Других каналов не было. Спрашивается, а почему 112-й и «Интер»? Потому что им нужно опять повторить эту клевету против министра. Сегодня, кстати, «Интер» продолжает распространять чушь о том, что «Чеботарь сбежал из Украины». Это было несколько дней назад.

— Опять?

— Опять. Сказал «Интер»: вот Чеботарь убежал из Украины. Каплин давал какое-то интервью. Показывали какие-то фрагменты и говорят: «Смотрите, по Чеботарю не знаю, он же убежал из Украины». Говорили, что умирал несколько раз и был на том свете.

Но Чеботарь на сегодняшний день, благодаря Богу, еще как-то двигается и живет. Живет в Украине. И сколько мне еще отведено один Бог только знает. Может это будет год, может, и два. А они делают вид, что не знают, где я.

— Но они прекрасно знают, потому что Вы выиграли у них суды.

— Да. Я выиграл у них суды. Все суды! Так почему же вы не скажете, что Чеботарь выиграл суды у Лещенко? Они клевещут, целенаправленно говорят, что Чеботарь убежал и его до сих пор нет. Не говорят на «Интере», «112», что Чеботарь выиграл все суды у Лещенко и Каплина. Это говорит о том, что они проплачены. Если бы у них было что-то принципиально, то они бы сказали – всё, стоп, перестаньте, нас проинформировали, и мы должны сказать правду. Но когда Василий Грицак из ЕДАПСа встречается с нашим депутатом и говорит: «Я признаю, что я финансировал всю эту информационную кампанию против Чеботаря, из-за того, что ЕДАПС выкинули. Это миллиарды, я это финансировал. Но к его отравлению я не причастен.». Он признает, что он финансировал и говорит о том, что это была проплаченная ложь.

Причем, для дискредитации Министерства используется любой повод. Назначили замминистра Дееву, молодую девушку. И поднялся дикий рев. Но ведь сами же раньше говорили о необходимости молодых кадров? И Деева назначена была в том числе и для того, чтобы привлечь молодежь к государственной службе. Чтобы был пример наглядный. Молодежь ведь образованная уезжает, не хочет здесь работать. Но… и этот факт был использован для травли Авакова.

А те, кто кричит… Все эти каплины и лещенки. Когда Аваков в окопах на фронте был, когда пули свистели – где они были? Почему они тогда не были рядом с ним? Есть ли у них право сейчас на такую «критику»? Что вы создали? Как вы защищали страну? Они не ответят на эти вопросы.

«ОРД»

2016-12-12 09:18 2311

Ваш комментарий

Please enter your name here
Please enter your comment!