Краткая история УГОУ в прессе — 2. Часть 3

0
74

Вера Ульянченко

ЮЩЕНКО-УЛЬЯНЧЕНКО ПОМЕНЯЛИ ГЕЛЕТЕЯ НА 20 Га ЗЕМЛИ

По материалам Интернет издания”Тема

Общеизвестно, что в нашей насквозь коррумпированной стране за назначения платят. Нет, не напрямую в руки, которые ничего не крали, а окружению обладателя этих рук. А как же иначе: деньги нужны на выборы, на финансирование всяческих сомнительных инициатив президента и просто потому, что так принято. Вот и на этот раз не обошлось без жирного отката. Ведь на место уволенного Гелетея очень скоро придет иной начальник УГО.

Долгое время Бирсан был руководителем личной охраны Кучмы, потом возглавил подразделение СБУ «Альфа». Кстати, именно Бирсан принимал Мельниченко на работу. Потом у него настаи тяжелые деньки: Кучма заподозрил Бирсана в сговоре с Лазаренко. На это наложился скандал, когда его подчиненный в кабаке всадил восемь пуль в голову днепропетровскому бизнесмену за то, что тот пожаловался: мол, приехал Кучма и дороги перекрыли. Бирсан возглавил охрану бизнеса клана Деркачей, затем птрудился руководителем “Альфы”, в последнее время числился в Антитеррористическом центре. Но все эти годы был очень близок с Деркачами.

14 июля 2009 года новым начальником Управления государственной охраны Украины был назначен Александр Бирсан (указ президента № 543/2009). В тот же день Бирсан был представлен в должности начальника Управления личному составу УГО.

Валерий Гелетей – человек Виктора Балоги. После добровольного ухода последнего из команды давно проигравшего Ющенко, президент очевидно, решил зачистить свое окружение от людей Балоги. Вернее будет сказать, это решила сделать Вера Ивановна Ульянченко – та дама, которая давно уже многое решала за Ющенко. А теперь решает почти все.

Наши источники заявляют, что снятие Гелетея «готовила» Ульянченко. Известно, что недавно в УГО случился большой переполох. Начальник президентской охраны Павел Алешин написал рапорт в прокуратуру о злоупотреблениях руководства УГО с землей. Нагрянули проверяющие, но насколько нам известно, дело не возбудили. Подтвердились ли факты – этого мы не знаем. К тому же КРУ накопало информацию о том, что немалые средства на премирование УГО-шников прокручивались, а личный состав десять месяцев не получал доплат. И за неделю до снятия откапали труп работника бухгалтерии УГО Волошина.Экспертиза показала: его похронили живого. Говорят, это случилось в момент активизации КРУ по поиску пропавших денег. Одним словом, повод для увольнения Гелетея был найден.

Инициатива назначения на освободившееся место Александра Бирсона якобы тоже принадлежит новоиспеченной руководительнице Секретариата Президента.

Ну а теперь о самом интересном – об «откате» за назначение. Начнем издалека – с Узина, вернее, местного аэропорта, способного принимать могучие «Мрии» и «Русланы». Территория аэропорта – 50 Га. А к нему притулился полигон УГО площадью 20 Га. Полигон фактически недействующий. Эту землю УГО получило при Гелетее. Она значится за государственным предприятием при УГО. Им руководит некий отставник по фамилии Ляшенко. Это кум Бирсана, ранее служивший под его началом в “личке” Кучмы. Якобы именно он предложил Вере Ульянченко идею «приватизации» этого буквального золотого куска земли. И назвал имя человека, при котором подобная комбинация станет сущей формальностью – Бирсан. Да и внешне все выглядит красиво: человек он для службы не чужой… Правда, логика такого назначения на срок полгода не совсем ясна. Впрочем, она будет много яснее, когда становится известно о земле под Узином…

А еще нашим источникам известно, что Вера Ивановна узнала об этом участке не вчера. Она давно уже пытается получить его в свои руки – еще со времен губернаторства. Однако Гелетей упирался. Результат – налицо. Говорят, уже готовятся соответствующие документы. Вскоре земля может оказаться во владении фирмы, принадлежащей супругу Ульянченко – Виктору Ивченко.

ДОСЬЕ

АЛЕКСАНДР СЕМЕНОВИЧ БИРСАН

Дата и место рождения. Родился 9 июня 1955 года в городе Днепропетровске.

Карьера. Трудовой путь А. Бирсана начался в 1979 году на Южном машиностроительном заводе (г. Днепропетровск), за время работы на котором он успел отслужить в рядах Вооруженных Сил СССР.

С 1982 по 1985 год проходил службу в Днепропетровском областном управлении КГБ Украинской ССР (сначала на должности оперуполномоченного, затем — старшего оперуполномоченного).

В 1985-1998 годах за время службы в 9-м управлении КГБ УССР прошел путь от оперуполномоченного до первого заместителя начальника Управления государственной охраны Украины. Обеспечивал безопасность Леонида Кучмы сначала как Премьер-министра, а потом в течение пяти лет — в 1992-1995 годах — и как второго Президента.

1998-2003 гг. — служба в органах государственной безопасности Украины, начальник главного управления “А” (“Альфа”) Службы безопасности Украины — управления по борьбе с терроризмом, защиты участников уголовного судопроизводство и работников правоохранительных органов, заместитель руководителя Антитеррористического центра при СБУ.

2003-2009 гг. — председатель совета Международной ассоциации ветеранов подразделений антитеррора ”Альфа”.

В июле 2009 года поступило предложение вернуться в «Альфу» вместо Сергея Чалого, но в последний момент все переиграли и Президент Виктор Ющенко подписал Указ о назначении на пост руководителя Управления Госохраны Украины, вместо Валерия Гелетея.

Бывший начальник Управления государственной охраны Валерий Гелетей надеется, что новый начальник Александр Бирсан продолжит курс по развитию социальных программ в УГО

“Мне трудно говорить каким будет подход Александра (Бирсана). То, что мы внедрили, во всяком случае, я бы просил не ломать. Потому что начато очень много — социальные программы, которые я начал, это программа обеспечения военнослужащих жильем, программа повышения зарплаты, боевой готовности подразделения”, — сообщил Гелетей в эфире телекомпании “5 канал”. Также Гелетей надеется на продолжение укрепления материально-технической базы Управления. Экс-начальник считает необходимым принять закон о национальной службе охраны, который уже разработан и передан в Секретариат Президента.

Со своей стороны Александр Бирсан в телефонном интервью изданию «Сегодня» заявил, что при нем в УГОУ не будет кадров, попавших туда в силу каких-то политических убеждений: «Хорошо помню, как была поставлена служба раньше, и буду выступать за преемственность традиций, то есть обеспечение стабильности и качества охраны высших должностных лиц. А будут ли замены, жизнь покажет». Александр Семенович признался, что «проблем в УГОУ еще хватает», но он не является сторонником большой публичности в работе ведомства.

Возвращение Бирсана, которого называли человеком Кучмы, совпало с другим назначением: бывший первый зампред СБУ Петр Шатковский (тоже работал при Леониде Даниловиче и Владимире Радченко, позавчера отметил 54-летие) стал замом Веры Ульянченко — уполномоченным президента по вопросам контроля за деятельностью СБУ. Источник в СНБО называет эти указы симптоматичными: «Разочаровавшись в «оранжевых», Ющенко делает ставку на профессионалов из зрелых, но еще мощных силовиков. Они при Данилыче хорошую закалку прошли.

На вопрос «Сегодня», чего не хватает УГОУ (по привычке называет его «девяткой»), ответил: «Ощущения вероятности реальной встречной пули. Хочется, чтобы «девятка» была ближе к «Альфе». Тогда будет более высокий процент гарантии безопасности охраняемого лица. Иногда надо и на гранату без чеки среагировать, и на выстрел».

ИНТЕРВЬЮ АЛЕКСАНДРА БИРСАНА ИЗДАНИЮ ”ЕЖЕНЕДЕЛЬНИК 2000”

11.12.2009

— Открою маленький секрет. Охрана умеет мгновенно оценить ваши глаза, настроение, черты лица, руки. Если человек к какому-либо негативному действию предрасположен, даже если такой план у него и не появился, но вероятность есть, — те, кто отвечает за безопасность, особенно президента, всегда готовы дать отпор. Опасность они по глазам читают.

— «Разочаровавшись в «оранжевых», Ющенко делает ставку на профессионалов из зрелых, но еще мощных силовиков», — так комментировали ваше назначение некоторые депутаты из числа даже ярых оппонентов Виктора Андреевича. Слыхали ли вы такую версию назначения? Хотя есть и вторая… Но о ней позже. Итак, «разочаровавшись в «оранжевых»…

— Когда я пришел в УГО на должность руководителя, то сразу почувствовал, что управление воспринимается в определенной степени заангажированной структурой. Даже при общении с МВД, СБУ я ощущал негатив, который сформировался у них по отношению к Госохране, ее предыдущему руководству. Так что фактически меня и пригласили сюда, чтобы, если хотите, изменить имидж УГО. Потому что впереди — избирательная кампания.

— И кто пригласил? Простите, если вопрос звучит не очень корректно, но за последние 5 лет страна усвоила: если кого-то и назначают на «крутой» пост, то это должен быть «кум, сват, брат». В крайнем случае — «деверь».

— Пригласила меня Вера Ульянченко, глава Секретариата Президента. До этого я ее видел всего один раз — 23 января 2005 года, на инаугурации Виктора Ющенко. Так получилось, что мы с нею вместе стояли в Верховной Раде. И с балкона на третьем этаже парламента наблюдали церемонию. Когда Виктор Андреевич положил руку на Библию, стал произносить клятву, Вера Ивановна заплакала. Этот момент я хорошо запомнил.

— В ту пору вы уже не были на госслужбе…

— После работы с Леонидом Даниловичем ушел в частный охранный бизнес… Так вот, второй раз с Ульянченко мы встретились уже в Секретариате. Она позвонила и сказала: «Це — Віра Іванівна. Хотіла б з вами зустрітися». Меня предупредили, что вопрос может касаться либо вакантной должности начальника Центра спецопераций «Альфы», либо УГО.

И действительно, речь шла о Госохране. Понимая по-своему направленность беседы с главой Секретариата… Хотя на самом деле, как выяснилось, и слава Богу, — я ошибался… Так вот я тогда задал Ульянченко вопрос: «Если речь о том, чтоб, возглавив УГО, я обеспечивал победу одной политической силы на выборах, то тогда, извините… Я вам благодарен за беседу, но такую задачу вряд ли выполню».

Надо отдать должное, она сразу же развеяла опасения. «Питання в тому, що на сьогоднішній день у нас повний безлад у стосунках між правоохоронними органами. Президент як гарант Конституції має забезпечити абсолютно рівні, спокійні умови всім кандидатам для проведення виборів. А вони будуть складними. Правоохоронні ж служби до цього не готові. Хто куди!.. Зберіть їх докупи. Згода? Питання є?» Вопросов у меня не было. «Чекайте указу». Все.

— К сожалению, майданная риторика еще не выветрилась из голов наших руководителей, поэтому допускаю, что и президент мог, например, вам при встрече сказать что-то насчет «колишньої злочинної влади». Или нет?

— Виктора Андреевича я знаю с 93-го года. Знакомы, можно сказать, «по полетам»: я был в сопровождении делегаций и при Леониде Макаровиче, и при Леониде Даниловиче. С Ющенко во время таких поездок общались — и когда он был главой НБУ, и когда премьером. Мы с ним ровесники, обсуждали разные темы. Просто так разговаривали.

— И что, узнал ли он вас, когда ему представили нового главу УГО?

— «Саша, я дуже радий тебе бачити. Працюй», — сказал он мне, вручая указ.

— Можете ли оценить действия «самодеятельной» охраны в 2004-м — в период выборов, когда главным по безопасности кандидата Ющенко был эпатажный Червоненко?

— А там не было «самодеятельности». Там была частная охрана.

— И что, в прямом смысле слова, ложиться под КамАЗ — это был правильный метод? Помните, как Евгений Альфредович укладывался под колеса?

— Значит, так. Червоненко в тот период со мной встречался. Я ему надиктовывал отдельные элементы — как охранять… Нет, безусловно, речь не о том эпизоде… Хотя при всей неуемной его энергии, мне кажется, у него было достаточно «хиста». И при этом он все же опирался на определенные постулаты, которые заложены в нашей работе. На мой взгляд, у него получилось.

— Частная охрана и УГО: если так случается, что вместе охраняете некое лицо, — друг другу не мешаете?

— Мне это не мешает. Потому что большинство людей в частных охранах — в прошлом мои же подчиненные.

— Они все — выходцы из УГО и «Альфы»?

— В основном да. Когда уходят со службы — на стройку ж не пойдут? И кафель укладывать не будут, потому что не умеют. Зато умеют другое. Поэтому и создают структуры, где и занимаются тем, чем занимались на протяжении 20 — 25 лет. Мы все равно с ними взаимодействуем. Встречаемся на ветеранских уровнях, обнимаемся, целуемся. И по службе, конечно же, поддерживаем отношения.

— Плюс «компромат», который на этих охраняемых персон буквально валом идет… Это я перехожу ко второй версии вашего назначения. Цитирую одно из изданий: «Генерал Бирсан слишком много знает о причастности в ту пору экс-главы оппозиции г-на Ющенко к «делу Гонгадзе». Как первый замначальника УГО в конце 90-х он был куратором подразделения, где служил Мельниченко, тайно записывавший разговоры «под диваном». Вот сейчас беглый майор в открытую обвиняет кандидата в президенты Литвина… Но мне интересно: не то, насколько «версия» о назначении близка к истине…

— Да это абсурд!

—…а метод записи. Вот что любопытно. За десять лет майорских «откровений» появилось минимум десятка два вариантов на тему — что это было? Диктофон? «Прослушка» и т. д.? Или вообще — напридумывали с три короба?

— Мне тяжело отвечать. Потому что в свое время курировал подразделение, где служил Мельниченко. И то, что произошло, действительно меня ранит как специалиста, который обязан был такого не допустить.

— Но вы ж ушли раньше, чем майор начал записывать «под диваном»?

— Указ президента о моем переводе в «Альфу» был 27 мая 1998 г., а записи, как мне рассказывали, якобы начались в декабре 98-го — январе 99-го. Тем не менее один из бывших руководителей Госохраны полушутя сказал: «Ты знаешь, нам не хватило полгода, чтоб тебя хоть бы и «за уши», но притянуть к тем событиям».

— Леонид Данилович к вам как к своему бывшему главному охраннику отношения-то не поменял?

— Не уверен. Возможно, в какой-то момент ему пытались внушить ту идею относительно меня… По-моему, им это удалось. Хотя я могу ошибаться.

— Да и на звезды за хорошую работу не рассчитываете… Это к слову. Потому что вы генерал-майор, а вашему предшественнику — Валерию Викторовичу за какие-то особые заслуги то ли перед Родиной, то ли перед г-ном Балогой, экс-главой СП, готовились уже «генерала армии» дать. Но не буду сыпать соль на рану… Или вам это безразлично?

— Свое первое и единственное генеральское звание — генерал-майор — я получил в 1998 г. Тогда, наверное, было несколько обидно, потому что три года отработал первым замом начальника управления Госохраны — на генеральской должности, а звание получил, только перейдя в «Альфу». Вот такая казуистика. Но это касается только меня… И когда увольнялся с должности начальника управления «А», а это была должность генерал-лейтенантская, — то все равно в чине генерал-майора. Это я к чему веду? Понимаете, всякими званиями я уже перегорел. Не потому, что мне не интересно — добавится ли на погоны звезда или нет. К этому я отношусь спокойно. Не звание важно, если честно. Важнее — авторитет в коллективе.

ИНТЕРВЬЮ ГЕНЕРАЛ-МАЙОРА АЛЕКСАНДРА БИРСАНА ИЗДАНИЮ

“КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА В УКРАИНЕ”

15.12.2009

— Как в УГОУ с оружием, технической оснащенностью?

— С оружием, боеприпасами, слава богу, все нормально. Есть из чего и чем стрелять. Минобороны помогает. Закуплены автоматы, пистолеты типа «Глок», снайперские винтовки. Спасибо предшественникам, они эти вопросы держали на первом месте.

Похуже с транспортом. Он довольно изношен, ему 7-8 лет, пробег некоторых автомобилей — 500-800 тысяч км, есть и до миллиона. Выручают «Тойоты», «Фольксвагены», но парк нуждается в обновлении.

— Несколько лет назад вы охарактеризовали экс-майора Николая Мельниченко, который служил в УГОУ, как человека с высокой степенью реагирования на какую-то несправедливость. Вам еще потом эту оценку ставили в вину — дескать, вовремя не раскусили автора «кассетного скандала»…

— Что было, то было. Работала комиссия…

— Мельниченко не просился на работу?

— Он несколько раз звонил и до моего прихода, и уже после. Непосредственного общения у нас не было. Хотя догадываюсь, что он звонил в связи с трудоустройством. По понятным причинам очень многие в управлении против…

— С момента принятия указа о вашем назначении прошло уже почти 5 месяцев, но вы не особо расположены к общению с прессой…

— В некотором роде на этом поприще преуспел мой предшественник Валерий Гелетей, который активно общался с журналистами. Я же и раньше, когда работал в «девятке», а затем УГОУ, и когда снова сюда вернулся, не исповедовал публичность.

— Почему же?

— В работе по обеспечению безопасности охраняемых лиц есть своя специфика. Она не всегда должна выставляться напоказ. Правильнее даже так — эта работа не должна быть открытой.

— А с Гелетеем какие у вас отношения?

— Нормальные, ровные. Несколько раз встречались — в Ялте, на соревнованиях телохранителей, и здесь, в Киеве, на ветеранском мероприятии.

— Те идеи, которые Валерий Викторович выдвигал, в частности, касательно своего спецназа, отрядов «Булат», «Молния», продолжили?

— Вы знаете, нет. У нас разное видение ряда проблем. Так, отряды, о которых вы спрашиваете, по сути, предназначены для усиления охраны в каких-то экстремальных обстоятельствах. Много было суеты и вокруг названий. По большому счету отряды эти задумывались как бы в противовес «Альфе» СБУ, «Беркуту» МВД, «Соколу» ГУБОП. Мы не считаем, что это нужно делать. Да и что такое «Молния»? Обычное контрснайперское подразделение, которое должно быть и уже давно существует в рамках программы антитеррора.

— Какой карт-бланш вы получили от президента?

— Да, собственно, никакого. Вообще-то меня «примеряли» на руководителя «Альфы». Но уже в процессе собеседований переориентировали на УГОУ. А при вручении указа Виктор Андреевич, с которым мы знакомы еще с 1993 года (он тогда был главой Нацбанка, а я — начальником охраны премьер-министра Леонида Кучмы), сказал всего несколько слов: «Семенович, я рад тебя видеть, наводи порядок, и если нужны какие-то кадровые изменения, поддержу». Все.

— Много из того, что планировали, удалось сделать?

— Я не чужой, как вы понимание, для УГОУ человек. Но немало времени пришлось затратить именно на то, чтобы глубже вникнуть в работу управления и его подразделений, проанализировать ситуацию внутри.

Конечно, все, что я оставил в мае 1998 года, уходя отсюда в «Альфу», и то, что есть сейчас, — две большие разницы. Пришлось многое переосмыслить, изменить оргштатную структуру, усилить кое-какие направления, участки, и все это делать на марше, без долгих разговоров и притирок…

Нужно хорошо понимать, что делать дальше. И как этого добиться. То, что мы когда-то достигали благодаря качеству, сейчас по ряду направлений достигается количеством. Это тоже неправильно. Так быть не должно.

— Из-за этого меняете кадры, в том числе своих замов?

— И без этого не обошлось. Кому-то пришлось уйти. Но и их, и тех, кого взяли, я давно и хорошо знаю. Мы не просто меняем одних на других. Набираем команду, способную в очень короткие сроки выйти на качественно новые, более высокие результаты работы. Люди, которых пригласили, имеют очень богатый опыт, это настоящие профессионалы. Они знают, как нужно работать, и я это ценю.

— Работать, как командир, с 9 утра до часу ночи?

— Да нет же. Это совсем не значит, что и у них такой режим. Нет такой установки — мол, раз начальник работает, то все на своих местах. Почему у меня такой график? Очень много почты, аналитических материалов, в которые нужно вникнуть, изучить. А другим нет нужды сидеть с утра до поздней ночи. Управление почти пустое — люди на мероприятиях, на выездах.

Скажу больше — мы ввели обязательные занятия по физподготовке для руководящего состава в вечернее время. Уделяем время досугу. Создаем свой музей. Зарегистрировали Ассоциацию ветеранов госохраны Украины. У нас таких ветеранов около тысячи человек. Они не были объединены. Хотя есть масса вопросов, касающихся их социальной защиты. И мы это тоже учитываем. И воспитанием должен кто-то заниматься.

— Воспитанием? Бытует мнение, что в УГОУ очень тщательный набор, и этих кандидатов не нужно воспитывать…

— Извините, могу возразить. Партии и комсомола, как раньше, нет. Офицерских собраний, женсоветов, общественных организаций, которые бы вели военно-патриотическую, воспитательную работу, — тоже. Все отдано на откуп командирам. А ведь сегодня у нас более половины личного состава — сотрудники в возрасте от 25 до 30 лет. То есть молодежь, имеющая стаж работы в управлении до 5 лет. Она только-только становится на ноги, оглядывается и понимает, где находится…

— …и смотрит, как живут охраняемые ими лица!

— Да! Средний возраст сотрудника УГОУ — 32 года. Руководящего состава — 42. И возникает вопрос: кто, кого и как должен воспитывать? Воспитывать должен в основном жизненный опыт. А здесь — молодежь. Поэтому и делаем акцент на воспитательном факторе.

Кстати, у нас сейчас некомплект порядка 350 человек. Примерно из тысячи кандидатов смогли остановить свой выбор только на 120. Уровень физической, а порой и интеллектуальной подготовки пополнения оставляет желать лучшего. Уже несколько лет УГОУ вынуждено брать ребят, которые не служили в армии. Хотя раньше об этом не могло быть и речи. Это все тоже надо учитывать.

ГРЯДУЩАЯ СМЕНА ВЛАСТИ…

Страсть Виктора Ющенко к массовым награждениям по поводу и без повода давно стала притчей во языцех. И дело не только в том, что количество людей, отмеченных президентскими наградами, перешагнуло все разумные пределы. Понятно, когда награждают настоящих героев, которые, например, рискуя жизнью, спасают людей. Недоумение вызывают, прежде всего, массовые награждения политиков, чиновников президентского Секретариата, их родственников, друзей и партнеров по бизнесу. Неудивительно, что нелогичность решений, принятых Президентом Виктором Ющенко при награждении орденами и присвоении званий, привела к полной девальвации роли наград в обществе — источник: “Факты”

(Продолжение следует)

Часть 1, 2

2016-07-21 12:42 582

Ваш комментарий

Please enter your name here
Please enter your comment!