Как «Лёня Космос» ограбил Киев и перебрался в Грузию

0
70

С мэрами украинцам традиционно не везет еще больше, чем с президентами.

Одни из них лишают людей бизнеса и рабочих мест, призывая «готовиться к земле», другие превращают свой город в мусорную свалку. Но самым экстравагантным украинским градоначальников был, бесспорно, Леонид Черновецкий. Бизнесмен, пастор и чудак в одном флаконе, окруженный целой армией боготворивших его киевских бабушек – которых он бессовестно обманывал и цинично использовал.

Баллада о зарытом дедушке

Михаил Ильич Черновецкий с первой супругой Евдокией

Леонид Михайлович Черновецкий родился 25 декабря 1951 года в Харькове, в семье типичного советского «среднего класса». Его мама Прасковья Гавриловна Гончарова (1914-2007) до войны работала учителем сельской школы, а затем окончила юридический и сделала карьеру адвоката по уголовным и гражданским делам. Ходили слухи, что у Прасковьи Гавриловны были дети и до Леонида (две дочки и сын), сгинувшие в суровые военные годы, но они ничем не подтверждаются. Но факт, что война искалечила судьбу и здоровье его отца — кадрового офицера Михаила Ильича Черновецкого. С войны он вернулся инвалидом, сначала женился на вдове Евдокии Назарчук, затем развелся, в 1949-м женился на Прасковье Гончаровой – но и с ней прожил лишь четыре года. С разводом он перестал даже проведывать сына, и Леонид отца фактически не помнит, хотя и взял себе его фамилию. А вот воспитывал его отчим: актер и режиссер Харьковского русского драматического театра Яков Григорьевич Азимов, за которого Прасковья Гавриловна вышла замуж в конце 50-х, и следующие полвека прожила с его фамилией.

Яков Григорьевич Азимов

Впрочем, воспитать Леонида было невозможно. Он с энтузиазмом увлекся актерским мастерством отчима, научился убедительно играть роли и лицедействовать, однако само искусство его мало интересовало: маленький сорванец видел в нем лишь метод достижения своих целей. Он начал играть роли в жизни: принципиального и открытого мальчика перед учителями харьковской средней школы №36, находчивого заводилы перед одноклассниками и дворовыми хулиганами, любящего послушного сына перед мамой. Впоследствии вся его жизнь станет одним большим театром! Отсюда такие противоречивые воспоминания о детстве Лёни, и такая неоднозначная оценка деятельности Леонида Черновецкого как бизнесмена, политика и мэра.

По словам товарищей детства, юный Черновецкий сначала часто проказничал, потом начал водить дружбу со шпаной, участвовать в её подростковых попойках и мелких кражах, и даже «шестерил» у какого-то мелкоуголовного авторитета. В то же время учителя отзывались о нем как о неуправляемом, но сообразительном и неплохо учившемся мальчике. Тем не менее, после 8-го класса ему пришлось оставить свою школу, при этом Черновецкого не приняли ни в техникум, ни даже в ПТУ, и мама пристроила его учеником слесаря на Харьковский авиазавод. Среднее образование он получил, по одним сведениям, в вечерней «рабочей» школе №3, по другим – в весьма престижной общеобразовательной школе №4.

Лёня Черновецкий с мамой

Леонид Черновецкий не только всячески запутал собственную биографию, но и сочинил немало баек о своих предках. Так, он утверждал, что его дед по матери

нской линии Гаврила Гончаров был незаконнорожденным сыном брата известного писателя Ивана Гончарова. Что брат известного литератора делал на Алтае (где жили предки Прасковьи Гавриловны), Черновецкий не уточнял, а о том, что «байстрюкам» в 19 веке давали фамилии не «сбежавших», а приемных отцов, он, видимо, не знал. Подвело его знание истории и когда он сочинял для СМИ душещипательную историю «раскулачивания» семьи его «именитого» дедушки Гаврилы. По словам Черновецкого, в 1926 году большевики закопали дедушку живьем в землю «за мешок зерна», а его семью репрессировали и «выслали в Сибирь». Вот только директива Политбюро ЦК ВКП(б) о принятии чрезвычайных мер в отношении бойкота хлебозаготовок на Алтае была принята лишь в январе 1928 года – а до этого тамошние дедушки сами закапывали под кедрами представителей райпотребсоюзов. А еще Черновецкий продемонстрировал и свое слабое знание географии, поскольку Алтай – это тоже Сибирь, а высылать в Сибирь сибиряков это нонсенс.

В следующий раз Черновецкий еще больше запутал эту легенду. «Мою бабку вывезли в тундру и без еды, одежды оставили умирать. Все погибли. Бабку вывезли на лодке и по лодке стреляли красноармейцы 7 раз. Она была пробита, но живой ее все-таки привезли. До 1949 года она находилась в тайге», — рассказывал он. Видимо, весьма смутно понимая разницу между тайгой и тундрой, и не зная, что от Алтая до ближайшей тундры нужно плыть на лодке по Оби более 3 тысяч километров.

Это мифотворчество пояснялось просто: данную байку Черновецкий рассказывал в период 2003-2007 годов, когда он старался всячески понравиться Виктору Ющенко – одержимому своей идей «геноцида нации». Но у Черновецкого нет корней ни в украинском селе — чтобы он мог выставить себя потомком «жертв голодомора», ни в западноукраинских областях – чтобы он мог похвастать наличием воевавших в составе УПА родственников. Своего отца и его родню он практически не знал, так что оставалось превратить в жертв тоталитарных репрессий жившую на Алтае семью матушки. Под конец Леонид Черновецкий договорился до того, что ему маму в возврате 13 лет якобы изнасиловал «руководящий работник КГБ», а в возрасте 14 лет будто бы насильно взял в жены некий «чиновник райкома». Что ж, Прасковья Гавриловна, в то время уже перенесшая инсульт и находившаяся при смерти, опровергнуть слова сына уже не могла.

Женитьба «вертухая»

В 1970-м Леонид Черновецкий отправился отдавать свой священный гражданский долг родине во Внутренние войска МВД СССР. После «учебки» его распределили то ли в конвойную часть (перевозка заключенных, охрана на судебных заседаниях), то ли в охрану «зоны» где-то под Днепропетровском, где он два года простоял на вышке классическим «вертухаем». Сам Черновецкий подробностей о своей службе не рассказывал, но зато об этом ходило немало пикантных слухов. Например, что он был «почтальоном», передававшим заключенным запрещенные водку, наркотики, деньги – и отсылавший на волю «малявы». Но самые оригинальные их этих слухов связывают службу Черновецкого с его женитьбой: якобы он охранял сидевшего на «зоне» Степана Айвазова – своего будущего тестя.

Леонид Черновецкий в учебке

(старая форма образца 60-х и офицерская фуражка)

По данным источников SKELET-info, на самом деле влиятельный тбилисский «цеховик» (грузино-армянского происхождения) Степан Айвазов тогда ни в какой тюрьме не сидел – и есть большие сомнения, что сидел когда-либо вообще. Впрочем, и то, что его называют «цеховик», это неверно: хотя Айвазов держал несколько цехов по пошиву контрафактных джинсов, он в основном специализировался на торговле. Через десятки своих помощников он покупал и продавал всё – от мандаринов и кроссовок до икон и антиквариата, и благодаря последнему имел хорошие связи с руководством республики. К нему действительно выстраивались очереди высокопоставленных сановников: кто-то хотел тихо и выгодно продать картины или драгоценности, а кто-то искал себе коллекционную мебель или старинное оружие. Кроме того, была информация, что Айвазов занимался т.н. «еврейскими переводами за границу» — то есть был частью нелегальной сети, выводящей из СССР золото, драгоценности или их эквивалент в валюте. Похожими операциями в Одессе занимался Борис Фуксман.

Степан Гаригинович Айвазов

Однако его с дочерью Черновецкий познакомился уже после службы. В 1972-м, уйдя на «дембель», Черновецкий взял в части направление в Харьковский юридический институт (ныне – Харьковская юридическая академия), куда в это же время прибыла сдавать вступительные экзамены Алина Айвазова. Знал ли, Черновецкий, что флиртует с дочерью одного из богатейших людей Грузии? Потом про это складывали легенды и небылицы! Но, бесспорно, актерские навыки помогли Леониду покорить её сердце. Правда, свадьбу они сыграли лишь в 1977-м, после того как Алина заявила отцу, что беременна – а до тех пор суровый Степан Гаригинович был категорически против её брака с никому не известным нищим «некавказцем». И уже в 1978-м году у них родился первенец: сын, названный в честь деда Стапаном. Интересно, что Алина Айвазова оставила свою девичью фамилию, а вот их с Леонидом дети носят фамилию отца.

Леонид Черновецкий и Алина Айвазова: торжественный момент

Но если свою национальность Леонид Черновецкий изменить не мог даже при всем желании, то проблема с материальным положением, благодаря такому тестю, решилась сразу. Возможно, что место следователя в Киевской городской прокуратуре, которое Леонид Черновецкий получил сразу после защиты диплома в 1977-м, в придачу с квартирой в Киеве (пусть и в старом доме) и голубыми «жигулями» стали подарками тестя к свадьбе дочери. Сама Алина по специальности тогда почти не работала: сидела дома, воспитывала детей, в перерывах между декретными отпусками читала лекции по правоведению. Понятно, что проблема с деньгами или дефицитом в семье никогда не возникала.

Неожиданно в 1981 году эту идиллию нарушил уход Леонида Черновецкого из прокуратуры – где он уже дошел до старшего следователя и готовился стать заместителем прокурора района. Сам он впоследствии уверял, что бросил работу из-за маленькой зарплаты, так как очень нуждался в деньгах. Источники же сообщали, что Черновецкого выгнали за то ли утерянное, то ли топорно закрытое уголовное дело: похоже, что действительно возжелавший «заработать» больше денег самостоятельно, Черновецкий «спалился» на коррупции. После этого он вновь появляется в стенах Харьковского юридического института, где продолжает учебу в аспирантуре. Странный шаг для молодого семьянина, остро нуждающегося в деньгах! И после этого Черновецкого в правоохранительных органах больше никто не видел – ну разве что в качестве обвиняемого.

В 1984-м Леонид Черновецкий, защитивший кандидатскую диссертацию по теме «Хищения должностными лицами» вновь в Киеве – и устраивается преподавателем криминалистики в университет им. Шевченко. За пять лет он сделал карьеру доцента кафедры, а затем заместителя проректора по научной работе. Возможно, столь стремительный рост был обусловлен тем, что в Киев перебрался с частью своей большой родни его тесть Степан Айвазов — который продолжил там свой «бизнес», теперь делая упор на оказании «помощи» евреям-репатриантам.

Схема работала просто: выезжавшие евреи (а в конце 80-х их поток резко возрос) продавали своё имущество, драгоценности и даже квартиры (не только кооперативные) таким посредникам, как Айвазов – а перебравшись в Израиль, Германию или США, получали там деньги. Но дело не только в том, что за сам «перевод» денег с них брали 20-25% от суммы. Айвазов наживался, скупая их имущество в разы дешевле его стоимости – особенно квартиры. По свидетельству клиентов Айвазова, в 1989-90 г.г. он удачно купил несколько квартир в Киеве всего по одной тысяче долларов за каждую! Покупка неприватизированных квартир осуществлялась так: хозяева получали деньги и прописывали у себя людей Айвазова, которые затем (при помощи небольших взяток чиновникам) становились «ответственными квартиросъемщиками» и фактически новыми хозяевами.

Дела у Айвазова шли так успешно, что он велел зятю бросить университет и полностью заняться бизнесом. Благо на дворе уже было время первых частных и совместных предприятий, одним из которых стал основанный в конце 1989 года «Научно-исследовательский центр «Правэкс» — первое и главное детище будущего бизнеса Леонида Черновецкого (от сокращенного «Право, экономика, социум»). Правда, ничего научно-исследовательского в нем не было: просто фирме была нужна какая-то легенда для получения лицензии на внешнеэкономическую деятельность – формально для закупок зарубежного оборудования, а реально для ввоза импортного ширпотреба и оргтехники. Но владелец «Правекса» интересовался не столько ввозом, сколько вывозом.

«Посол Божий»

Леонид Черновецкий как-то похвастал, что свой первый миллион долларов заработал к концу 1992 года (и вложил в «Правекс-банк»), вот только не уточнил, как именно. Его стартовый капитал — это участие в бизнесе тестя по откровенному грабежу выезжающих из страны киевских евреев. Одних только квартир у них накопилось столько, что перепродавать их нелегально уже не было возможности, и тогда в 1992-м Черновецкий открыл агентство недвижимости «Кристина». А его супруга Алина в том же году учредила украино-американское СП «Коммерческие системы», через которое на Запад вывозили сначала накопившиеся запасы антиквариата и предметов искусства, а затем и цветные металлы. А вот тесть в 1992-93 г.г. сосредоточился на важном и ответственном задании, которое ему поручила родная Грузия – точнее, пришедшая там к власти команда Эдуарда Шеварднадзе. Сообщалось, что Степан Айвазов и ряд других выходцев из Грузии активно занимались поставками оружия, скупая его на складах Украины и Молдовы, и транспортируя через одесские коммерческие пароходства – в частности ООО «Эвас», принадлежавшую Игорю Урбанскому. Но ходили слухи, что якобы Айвазов также «зарабатывал» на продажи небольших партией стрелкового оружия и боеприпасов к ним украинским ОПГ. Последним подарком Степана Айвазова дочке и тестю стали израильские паспорта: в 1994 году он оформил их обоих как репатриантов. Так, не покидая Украины, они стали гражданами Израиля.

Алина Айвазова, 90-е

Однако в середине 90-х Степан Айвазов умер, и Леониду Черновецкому с супругой пришлось вести семейный бизнес дальше уже без его всесильного покровительства. Тему репатриантов, антиквариата и оружия пришлось закрыть, Черновецкий попробовал себя в газовой сфере (не очень успешно, будучи оттесненным Лазаренко и Бакаем), его супруга начала развивать «Правэкс-банк», однако концерн «Правекс» по-прежнему интересовался недвижимостью – не брезгуя и отдельными квартирами. Трудно сказать, как сложилась бы жизнь Черновецкого и вообще киевлян, если бы в 1996 году не состоялась его историческая встреча с таким пикантным персонажем, как Сандей Аделаджа – тогда еще малоизвестный проповедник протестантской церкви «Слово веры», приехавший в Украину из Нигерии.

Сандей Аделаджа и Леонид Черновецкий

Как и всякий пастор, Аделаджа начинал с людей, имеющих проблемы и не имеющих надежды – так что большую часть его паствы тогда составляли пенсионеры, проблемные подростки, одинокие женщины, неизлечимые больные и т.п. Леонид Черновецкий проблем не имел (по крайней мере, материальных) и вряд ли нуждался в утешительном слове пастора, поэтому причина его визита в «Слово веры» осталось загадкой. Говорили, что первой в церковь пошла его супруга Алина – а Сандей Аделаджа имеет просто гипнотическое влияние на женщин, и что якобы уже она потом потащила туда Леонида. По другой информации, Алина своим деловым взглядом рассмотрела в церкви Аделаджи перспективы для бизнеса и политики – и пояснила это мужу. В любом случае Черновецкий пришел в «Слово веры» не с покаянием, а с бизнес-проектом, который, в свою очередь, очень заинтересовал Аделаджу. И его церковь вскоре превратилась в циничный механизм по выкачиванию денег из своих прихожан, а также их использование в качестве массовки для политических акций.

Первым результатом плодотворного сотрудничества проповедника Аделаджи и бизнесмена Черновецкого стали довыборы на избирательном округе №5 в Дарницком районе Киева. Для Черновецкого это был первый опыт участия в выборах, его пиарщики работали скверно, и рейтинги сулили ему в лучшем случае второе место. Но Аделаджа пообещал ему «чудо» — и оно действительно состоялось: за счет своей паствы он организовал Черновецкому безоговорочную победу при оглушительной явке избирателей. Так Леонид Черновецкий стал народным депутатом и VIP-прихожанином церкви «Слово веры». Впоследствии Аделаджа еще не раз обеспечивал Черновецкому победу на мажоритарных участках Киева голосами своих прихожан: в 1998-м году на 219-м округе, в 2002 году на 212-м округе, а также вовремя выборов городского головы Киева в 2006-м и 2008-м годах. В ответ, Черновецкий предложил Аделадже использовать в церкви принцип сетевого маркетинга – способствующий резкому увеличению паствы и пожертвований.

А вот первым известным совместным бизнесом Черновецкого и Аделаджы стала продажа «чудотворного елея». В 1999-м году Черновецкий размышлял о том, куда бы выгодно продать целую цистерну оливкового масла, доставшуюся ему по бартеру. Решение было оригинальным и бессовестным: масло разлили по пузырькам с этикетками «намоленого елея из святых мест» и реализовали как средство от болезней и порчи среди доверчивых прихожан. А в 2000-2001 г.г. созданная Черновецким сеть социальных столовых «Стефания» и несколько благотворительных организаций (реабилитационный центр «Восток», фонд «Социальное партнерство») умудрилась прикарманить миллионы гривен, выделявшихся как из городского и государственного бюджета, так и частными лицами. Схема работала так: на эти деньги у подставных фирм по очень завышенным ценам закупались продукты и продовольственные наборы, секонд-хенд, а затем их раздавали неимущим от имени Леонида Черновецкого – якобы купившего все за свои деньги. Имелась также информация, что в столовых «Стефания» люди Черновецкого выманивали у нищих и бродяг их паспорта – на которые потом оформляли кредиты и подставные фирмы-однодневки.

Алина Айвазова и Леонид Черновецкий во время проповеди

В 2002 году Черновецкий уже обнаглел совсем — и обратился к пастве «Слова веры» с призывом продавать свои квартиры и передавать деньги пасторам, чтобы профинансировать… предвыборные компании представителей церкви. А пока Аделаджа учился у Черновецкого искусству ведения бизнеса, Алина Айвазова перенимала у пастора Сандея метод организации «паствы» — и применила его в своем «Правэкс-банке», превращенный ею в какой-то банк-секту. На работу в него начали принимать легко внушаемых молодых специалистов, которых обязывали посещать собрания «Слова веры», читать литературу церкви и относится к руководству банка аки к пастырям.

Интересно, что через церковь «Слово веры», в 2002 году переименованную в «Посольство Божье», Черновецкий сблизился с еще одним протестантским пастором Украины – бывшим секретарем Днепропетровского обкома ЛКСМУ Александром Турчиновым. Через Турчинова он познакомился с Юлией Тимошенко, а через неё вышел на прямой контакт с Виктором Ющенко. Когда в 2004 году участвовавший в президентских выборах Черновецкий с треском проиграл в первом туре (с результатом около 1%), он предложил Ющенко поддержку во втором туре всей паствы «Посольства Божьего» и всех работников концерна «Правэкс» с их семьями и родственниками. И не только на выборах: с началом первого Майдана паства Аделаджи и работники «Правэкса» были его неизменными участниками, ежедневно ходя туда как на работу (или в церковь). И хотя впоследствии «Посольство Божие» по неизвестным причинам уничтожило на своем сайте весь фотоархив тех событий, в недрах интернета еще можно найти материалы, подтверждающие активное участие церкви в осуществлении победы Виктора Ющенко.

Старания Аделаджи были вознаграждены: после 12 лет проживания в Украине на «птичьих правах» (в 1998-м СБУ даже пыталась инициировать его высылку), нигерийский пастор получил украинское гражданство сразу после инаугурации Виктора Ющенко. А церковь «Посольство Божие», получившая имидж приближенной к власти, в 2005-2007 г.г. превратилась в элитный клуб, куда начали захаживать многие киевские чиновники и бизнесмены. Вот только этим даром Божьим глава церкви распорядился неразумно, ударившись в финансовые аферы. Так, в 2006 году Аделаджа и Черновецкий затеяли проект строительства «духовного центра», призвав паству жертвовать на него от 100 долларов и выше. Тогда Черновецкому удалось выпутаться из этой аферы только потому, что он был избран мэром Киева.

А в 2007-2008 г.г. Аделаджа развернул агитационную компанию, призывая своих прихожан вкладывать деньги в «King’s Capital» — оказавшийся банальной финансовой пирамидой, чьей жертвой стали 618 киевлян (это число только подавших заявления). Скандал обратил на себя внимание самого Ющенко, который к тому времени сильно «разочаровался» в Черновецком и его «брате во Христе». Уголовное дело против «King’s Capital» курировал Юрий Луценко, однако следствие арестовало лишь формальных руководителей траста: Бандурченко, Сафонова, Лагунова и Ересько, причем троих последних сразу отпустили под подписку о невыезде. Уголовное дело против самого Сандея Аделанджи было возбуждено лишь в 2010 году, но попытка его ареста в 2011-м тоже была безрезультатной. И все же звезда нигерийского пастора уже гасла: начиная с 2008 года он был фигурантом многочисленных скандалов, в том числе и сексуального характера. Против «Посольства Божьего» начали выступать с обличительными обвинениями другие протестантские церкви Украины.



Сандей Аделаджа, обвиняемый в присвоении мошенническим путем и хищении 208 миллионов гривен (по курсу 8 гривен за доллар), благополучно избежал уголовного преследования и, по собственному заявлению, «ушел на покой, чтобы заняться духовным совершенствованием». Он игнорирует суды (последний по делу «King’s Capital» прошел в октябре 2016) и уже несколько месяцев не появлялся у себя дома. Есть информация, что Сандей Аделаджа покинул Украину, как и его деловой партнер Леонид Черновецкий. Однако «Посольства Божьего», от которого осталось одно название и небольшое количество самых верных прихожан, сейчас делает попытки реанимироваться и привлечь в свои ряды ветеранов АТО.


Напроповедовал – та й втик!

Сергей Варис, для SKELET-info

Продолжение читайте тут

«Генплан-Украина»

2017-01-30 16:36 1033

Ваш комментарий

Please enter your name here
Please enter your comment!